Российский вице-премьер Юрий Борисов предложил отказаться от практики профицитного бюджета и не стесняться переходить на финансирование за счет заимствований. По его словам, отказ от консервативной фискальной модели позволит увеличить экономический рост и тем самым снизит зависимость от нефтяных доходов. На деле отход от накопления и сбережения в бюджетной политике уже начался в связи с эпидемией и экономическим кризисом. Насколько долго сохранится готовность властей активно тратить — вопрос второй. Подробности — в материале «Известий».

Традиционно российское государство чередовало мягкую и жесткую фискальную политику. В кризисный период 1990-х годов бюджет был хронически дефицитным. Даже так, впрочем, его постоянно не хватало ни на что в силу более чем скромных размеров. Экономика лежала в руинах, а с той ее частью, которая все-таки работала, собрать налоги было проблематично.

Так, по итогам 1998 года общая величина расходов бюджета составила 500 млрд рублей (около $35 млрд), даже со всеми поправками на инфляцию — лишь вдвое больше нынешнего бюджета Москвы, а в долларах — заметно меньше. Дефицит составил около 130 млрд рублей, или около 5% ВВП. Разница между доходами и расходами компенсировалась активными заимствованиями на внешнем и внутреннем рынках. Собственно, чрезмерно большая задолженность при низкой кредитоспособности и стала ключевой причиной дефолта 1998 года.

После горького опыта финансового краха правительство резко ужесточило бюджетную дисциплину. С 1999 года строго соблюдался бюджетный профицит, а расходы держались на сравнительно низком уровне. Тем не менее экономика познала беспрецедентный период роста, а сам бюджет раздувался как на дрожжах. Произошло это по многим причинам — высокие цены на нефть, мировая финансовая конъюнктура (приток денег на развивающиеся рынки), многократное увеличение собираемости налогов и общий восстановительный рост после провала 1990-х.

Дефицит роста: нужно ли России тратить больше заработанного

За это время были полностью выплачены почти все внешние долги и сформировался солидный по размерам стабилизационный фонд. В то же время экономический рост того периода носил несколько однобокий характер и усилил зависимость страны от цен на углеводороды.

В условиях кризиса конца 2000-х кубышка была распечатана, и на протяжении нескольких лет национальный бюджет был дефицитным. Так произошло в 2009–2010 и 2012–2014 годах, впрочем, в последнем случае дефицит был крошечным и составлял менее 1% ВВП. В 2015 году, после обвала цен на нефть, правительство вновь тратило больше, чем зарабатывало. Но вскоре было принято бюджетное правило, и как только стоимость углеводородов пошла вверх, бюджет вернулся к уверенному профициту, а Фонд национального благосостояния стал быстро расти.

Перед началом нынешнего кризиса государство накопило мощный финансовый резерв, достигший $150 млрд. Хотя кое-что из этой суммы было решено потратить, общая стратегия бережливости сохранялась. При этом такая политика неоднократно критиковалась и в деловых кругах, и среди экспертов, которые считали, что постоянное накопление резервов и профицит бюджета для экономики вредны (так как изымают из нее деньги).

После начала эпидемии бюджетные планы пришлось скорректировать, триллионы рублей должны уйти на финансовую поддержку компаний, банков, малого бизнеса и уязвимых категорий населения. По прогнозу Банка России, дефицит бюджета в этом году может составить 5–6% ВВП, чего не наблюдалось уже 11 лет. Однако до сих пор непонятно, будет ли этот год исключением из правила или власти решатся на принципиальный пересмотр стратегии.

Если оценить мировой опыт, то профицитный бюджет является скорее редкостью, чем нормой. Большинство государств тратят больше, чем зарабатывают. В эту категорию входят и США, которые ежегодно допускают триллионные дефициты (последний раз профицит в стране фиксировался в конце 1990-х годов), и почти все европейские страны, с хорошо известным исключением в виде Германии. Скупость немцев, старающихся держать бюджет сбалансированным, неоднократно вызывала критику в ЕС, но Берлин продолжает настаивать на своем.

Дефицитный бюджет обычен не только для развитых, но и для развивающихся стран. Если посмотреть на членов БРИК, то единственной страной, которая чаще имеет плюс в казне, является Россия. Бразилия, для сравнения, в последние годы имела дефицит в 7% ВВП в среднем, Индия — 4%, Китай — около 3%. В регулярном минусе в 2010-х годах находится и такая чисто сырьевая держава, как Саудовская Аравия, впрочем, для нее это может обернуться большими проблемами в будущем.

Дефицит роста: нужно ли России тратить больше заработанного

Стоит ли России воспользоваться коронавирусом как поводом для пересмотра фискальной политики и присоединиться к мировому мейнстриму? По словам шеф-аналитика TeleTrade Петра Пушкарева, этот момент настал.

— Бюджет России уже в любом случае получится дефицитным — с учетом недополученных сырьевых доходов и пандемии. А значит, молиться на профицит у сторонников «взвешенного» бюджета всё равно не выйдет. Вопрос лишь в размерах этого дефицита, и вот тут, считаю, действовать надо смелее.

Собеседник «Известий» отметил, что у государства имеются большие возможности по покрытию дефицита, так как оно является стабильным и надежным заемщиком, более того — одним из самых привлекательных в мире.

— Выручка правительства от размещения рублевых займов по облигациям федерального займа на последней майской неделе составила больше 85 млрд рублей, а в одну из предыдущих недель мая достигала и 170 млрд рублей. Это значит, что даже с учетом необходимости иногда гасить некоторые старые займы и регулярно платить держателям ранее выпущенных российских бумаг по ним проценты только лишь по этому каналу ОФЗ Россия в состоянии спокойно привлечь за год до 2 трлн рублей, чтобы финансировать за счет такого притока денег бюджетный дефицит в размере не менее чем 1,8% от годового ВВП страны.

По его словам, доходность для держателей российских долговых обязательств, колеблющаяся сейчас между 6,5 и 7% годовых, на порядок превышает любые проценты, которые иностранные инвесторы могут получить по казначейским бумагам не только США, но и Британии, Австралии. Более того, эти проценты вдвое больше, чем по долгу Малайзии. Соответственно, и проблем с этими денежными потоками извне ждать неоткуда.

Как считает управляющий директор по макроэкономическому анализу и прогнозированию «Эксперт РА» Антон Табах, полезность дефицита будет зависеть от того, как именно он будет применяться.

— Если дефицит бюджета допустим в отличие от жесткой финансовой политики последних лет, то можно использовать его двумя способами: больше расходовать или собирать меньше налогов. Второе в наших условиях более или менее способствует экономическому росту. Насчет расходов — зависит, на что тратить. Понятно, что вице-премьер по оборонке должен ратовать за рост расходов — работа у него такая. Но насколько для экономического роста это будет благотворно, единого мнения нет.

Дефицит роста: нужно ли России тратить больше заработанного

Как отмечает Табах, в будущем может быть достигнут баланс интересов в фискальной политике по сравнению с временами, когда на экономике была бюджетная «смирительная рубашка».

— В небольшом дефиците бюджета — ключевое слово «небольшой» — никакой катастрофы нет. У России сейчас маленький долг, который можно увеличивать. Вопрос: до какой степени увеличивать, чтобы он оставался маленьким? Слишком же сильное наращивание долга может привести к финансовому кризису, как в Аргентине (где недавно был объявлен очередной за последние 20 лет дефолт. — Прим. «Известий»). Другие страны расплачиваются за это регулярными девальвациями. Страна, полагающаяся на экспорт нефти, так или иначе должна создавать резервы. А долговые рынки могут закрыться из-за санкций. Низкий долг — это ресурс, как говорит [председатель ЦБ РФ Эльвира] Набиуллина. Сейчас он используется, но так может быть не всегда. Плоха и излишняя мягкость, и излишняя жесткость. Нужно проводить какой-то баланс.

Источник: iz.ru


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт защищен reCAPTCHA и применяются Политика конфиденциальности и Условия обслуживания Google.

Яндекс.Метрика